Home Contact Sitemap

Стильная Литература

отличающаяся от всех...

Вдумайтесь в эти слова:

Истинно высокое произведение всегда - как греческая трагедия, как творения Мелвилла, Толстого или Мольера - приводит в равновесие реальность и бунт, и они, сообщая друг другу силу, прорываются к свету, как вечно бьющийся родник самой жизни, радостной и мучительной. Вот тогда-то и рождается порой совершенно новый мир, отличный от повседневного и все-таки тот же самый, особый и вместе с тем универсальный, чистый и незащищенный, вызванный к жизни на несколько часов силой и неудовлетворенностью гения.
// Камю А.

Расслабьтесь и наслаждайтесь чтением.

img

Ретрогенетика


Он втиснулся в узкое пространство лицом вверх, вытянул
руки вдоль тела и выдохнул.
- Ты всегда гениально прятался, - пробормотал восхищенный Грегор и
положил панель на место.
- Да, но тогда я был чуточку поменьше, - пробормотал в ответ Майлз.
Щеки сплющило. Трубы и выступающие углы различных устройств резали спину и
ягодицы. Грегор уже защелкивал крепления панели. Стало темно и тихо. Так,
наверное, чувствует себя заживо погребенный. Или цветок под прессом в
гербарии. Или другой биологический экспонат. Консервированный младший
лейтенант.
Раздалось шипение открываемой двери; над Майлзом прогремели шаги,
расплющив его еще больше. А вдруг заметят, что в этом месте шаги звучат
глуше?
- Встать, технарь! - раздался обращенный к Грегору голос охранника.
Послышались глухие удары и хлопанье, как от переворачиваемых матрасов и
открываемых ящиков. Что ж, он так и думал - в них сунутся в первую
очередь.
- Где этот тип, технарь? - По звуку шагов Майлз определил, что Грегор
находится где-то возле стены, возможно, с заломленными за спину руками.
- Какой тип? - спросил Грегор сдавленно.
Без сомнения, стоит лицом к стене.
- Твой маленький приятель-мутант.
- Этот странный коротышка, который шел вместе со мной? Он мне вовсе
не приятель. Слинял куда-то.
Снова шарканье ног по полу...
- А-а! - Руку императора, должно быть, заломили еще круче, с болью
догадался Майлз.
- Куда слинял?
- Не знаю. Он плохо выглядел. Кто-то недавно отделал его
электрошоковой дубинкой. Я тут совершенно ни при чем... Он вышел за
несколько минут до того, как мы отчалили.
Отлично, Грегор. Может, ты и в отчаянии, но дураком тебя не назовешь.
Губы Майлза сплющились. Голова лежала на боку, на верхнюю щеку давила
закрытая панель, вторая упиралась во что-то, напоминающее терку для сыра.
Раздались глухие удары.
- Я же сказал! Он ушел!
Невнятное рычание охранника, треск электрошоковой дубинки, короткий
болезненный вскрик и глухой стук - бесчувственное тело швырнули на нижнюю
койку.
Послышался голос другого охранника.
- А может, он рванул обратно на станцию перед тем, как нам отчалить?
- Что ж, тогда пусть они там и сходят с ума. Но лучше для верности
обыскать весь корабль. Судя по разговору, ребята из изолятора готовы
вставить фитиль за этого парня.
- Они вставят или им вставят?
- Хрен их поймешь.
Ноги в ботинках - четыре, как определил Майлз - прогремели к двери.
Зашипела закрывающаяся дверь, и все стихло.
К тому времени, когда Грегор соберется освободить его, решил Майлз, у
него на спине образуется просто великолепная коллекция синяков. Дышать
было не

1   
2   3   4   5   6   7   8   9   10   11   12   13   14   15   16   17   18   19   20   21   
22   23   24   25   26   27   28   29   30   31   32   33   34   35   36   37   38   39   40   41   
42   43   44   45   46   47   48   49   50   51   52   53   54   

Писатели учатся лишь тогда, когда они одновременно учат: они лучше всего овладевают знаниями, когда одновременно сообщают их другим.