Home Contact Sitemap

Стильная Литература

отличающаяся от всех...

Вдумайтесь в эти слова:

Истинно высокое произведение всегда - как греческая трагедия, как творения Мелвилла, Толстого или Мольера - приводит в равновесие реальность и бунт, и они, сообщая друг другу силу, прорываются к свету, как вечно бьющийся родник самой жизни, радостной и мучительной. Вот тогда-то и рождается порой совершенно новый мир, отличный от повседневного и все-таки тот же самый, особый и вместе с тем универсальный, чистый и незащищенный, вызванный к жизни на несколько часов силой и неудовлетворенностью гения.
// Камю А.

Расслабьтесь и наслаждайтесь чтением.

img

Принцы в башне


задуманного ими психологического
эффекта.
- Какого? Свести меня с ума? Еще три дня - и готов.
Мать усмехнулась:
- Необходимо убедить барраярских служак, что ты понес должное
наказание за свое, э-э, преступление. Если уж ты угодил в это зловещее
местечке, пусть, утвердятся в мысли, что с тобой здесь не церемонятся. А
если выпустить тебя и позволить расхаживать по городу, вряд ли они
поверят, что Иллиан подвешивал тебя вниз головой или поджаривал на
медленном огне.
- К чему весь этот спектакль? - Майлз откинулся на подушку, стараясь
скрыть горечь. - Я хотел быть полезным, и только.
Мать снова улыбнулась:
- Ты готов присмотреть себе другое занятие?
- Быть фором - больше, чем занятие.
- Да, ты прав. Это патология. Навязчивая идея. Галактика велика,
Майлз. Существуют и другие способы приносить пользу.
- В таком случае, что тебя держит здесь, на Барраяре? - ответил он
уколом на укол.
- Знаешь, - мать слабо улыбнулась, - желания тех, кого мы любим,
могущественнее любого оружия.
- Если уж речь зашла об отце, он еще придет ко мне?
- Нет. Должна тебя предупредить, что он решил для вида рассердиться
на тебя.
- Только для вида?
- Конечно же! Ему приходится быть сверхосторожным, имея дело с
барраярским генералитетом. А вообще-то он уже видел тебя продолжателем
своих социально-политических реформ. Но все это основывалось на том, что
ты сделаешь солидную военную карьеру. Он даже нашел способ использовать на
пользу Барраяра твои дефекты.
- Да, я знаю, - угрюмо потупился Майлз.
- Но ты не думай об этом. Отец, без сомнения, отыщет смысл в том, что
случилось. Не только смысл, но и надежду обратить все во благо.
Майлз вздохнул.
- Но я должен заняться хоть чем-нибудь! Мне нужна одежда!
Мать грустно покачала головой...
Оставшись один, Майлз попробовал позвонить Айвену.
- Где ты сейчас? - подозрительно спросил тот.
- В тюрьме. Влип по уши.
- Вот как! В таком случае извини. Не хочу, чтобы ко мне прилипло что
бы то ни было, - бросил Айвен и отключился.
7
На следующее утро Майлза перевели в другое место. Сопровождающий,
разрушив все его надежды снова увидеть небо, спустил Майлза всего лишь
этажом ниже. Офицер открыл ключом дверь в одну из тайных квартир,
предназначенных для охраняемых свидетелей. И, догадался Майлз, для
политически неудобных персон.
- Сколько же я здесь просижу? - спросил он офицера.
- Об этом мне ничего не известно, - официально ответил тот и вышел.
Дорожный мешок, набитый одеждой, и наспех упакованная коробка лежали
на полу посреди комнаты. Пожитки с

1   
2   3   4   5   6   7   8   9   10   11   12   13   14   15   16   17   18   19   20   21   
22   23   24   25   26   27   28   29   30   31   32   33   34   35   36   37   38   39   40   41   
42   43   44   45   46   47   48   49   50   51   52   53   54   

Писатели учатся лишь тогда, когда они одновременно учат: они лучше всего овладевают знаниями, когда одновременно сообщают их другим.