Home Contact Sitemap

Стильная Литература

отличающаяся от всех...

Вдумайтесь в эти слова:

Истинно высокое произведение всегда - как греческая трагедия, как творения Мелвилла, Толстого или Мольера - приводит в равновесие реальность и бунт, и они, сообщая друг другу силу, прорываются к свету, как вечно бьющийся родник самой жизни, радостной и мучительной. Вот тогда-то и рождается порой совершенно новый мир, отличный от повседневного и все-таки тот же самый, особый и вместе с тем универсальный, чистый и незащищенный, вызванный к жизни на несколько часов силой и неудовлетворенностью гения.
// Камю А.

Расслабьтесь и наслаждайтесь чтением.

img

Петушок



Внезапно в его рычание вклинился высокий насмешливый голос:
- Не боитесь последствий, ребята? А что, если он сбежит, а потом
вернется со своими друзьями? Их ведь может оказаться вшестеро больше, чем
вас!
Этан резко оглянулся: это была та самая женщина из флота дендарийских
наемников, командор Куин. Она упруго покачивалась на носках, вызывающе
вскинув голову.
Зеленый выругался сквозь зубы. Желтый - во всеуслышание.
- Ладно, Зед, - сказал Зеленый и, не отрывая взгляда от лица женщины,
взял приятеля за локоть. - Хватит с него, пожалуй.
Но тот стряхнул его руку.
- А тебе этот грязный сосунок кто, куколка? - осведомился он.
Женщина усмехнулась одним уголком своих восхитительных губ; работяга
в голубом комбинезоне уставился на нее как зачарованный.
- Ну, допустим, я его военный советник, - ответила она.
- Любовница гомика, - заявил Желтый, - еще хуже, чем сам гомик! -
Свой тезис он подкрепил потоком отборной брани.
- Зед, - пробормотал голубой комбинезон, - заткнись. Она же не
техник, она военная. Боевой ветеран - значки видишь?..
На задах комнаты началось шевеление; несколько сторонних наблюдателей
осторожно потянулись к выходу.
- Ох, не люблю я пьяниц, - растягивая слова, куда-то в пространство
сказала женщина, - а агрессивных пьяниц - так тех просто видеть не могу!
Желтый двинулся на нее, изрыгая бессвязную брань. Элли спокойно ждала
до тех пор, пока он не пересек некую незримую границу. Вдруг раздалось
жужжание и мелькнула голубая вспышка. Когда парализатор, сделав сальто в
ее руке, беззвучно исчез в кобуре, Этан понял, что командор Куин
специально ждала, когда Желтый приблизится на нужное расстояние: никого
другого разряд не задел.
- Подремли немного! - она вздохнула и бросила взгляд на двоих, все
еще державших Этана, затем кивнула в сторону дебошира, без чувств
растянувшегося на полу: - Это ваш приятель? Советую быть поразборчивей: с
такими друзьями можно плохо кончить.
Этана немедленно отпустили. Колени его подкосились, и он схватился за
живот, в котором пульсировала дикая боль. Элли помогла ему встать.
- Вперед, пилигрим. Позвольте проводить вас к вашему пристанищу...
- Не то я говорил, - вслух размышлял Этан. - Надо было так: ты
ответишь за свои слова! Вот как надо было, или...
Командор Куин иронически скривила губы Ну почему, с досадой подумал
Этан, эйтосиане здесь служат объектом насмешек - в лучшем случае, а в
худшем - от них шарахаются, как от прокаженных? Внезапно новый приступ
ужаса выбил его из равновесия, с трудом обретенного не без помощи
командора дендарийских наемников.
- О Бог-Отец! Это что, полиция? - навстречу им по коридору шли дв

1   
2   3   4   5   6   7   8   9   10   11   12   13   14   15   16   17   18   19   20   21   
22   23   24   25   26   27   28   29   30   31   32   33   34   35   36   37   38   39   40   41   
42   43   44   45   46   47   48   49   50   51   52   53   54   

Писатели учатся лишь тогда, когда они одновременно учат: они лучше всего овладевают знаниями, когда одновременно сообщают их другим.