Home Contact Sitemap

Стильная Литература

отличающаяся от всех...

Вдумайтесь в эти слова:

Истинно высокое произведение всегда - как греческая трагедия, как творения Мелвилла, Толстого или Мольера - приводит в равновесие реальность и бунт, и они, сообщая друг другу силу, прорываются к свету, как вечно бьющийся родник самой жизни, радостной и мучительной. Вот тогда-то и рождается порой совершенно новый мир, отличный от повседневного и все-таки тот же самый, особый и вместе с тем универсальный, чистый и незащищенный, вызванный к жизни на несколько часов силой и неудовлетворенностью гения.
// Камю А.

Расслабьтесь и наслаждайтесь чтением.

img

Усилия любви


свои первые смены по двести человек вдоль окружности лагеря.
Найдите Оливера. Надо, чтобы патрульные заставили всех организованно
дожидаться своей очереди. Если все пойдет так, как мы отработали, улетим
все. - (Я надеюсь.) - Но если они кинутся к катерам так же, как кидались к
плиткам рациона, не улетит никто. Поняли?
- Я не верила... не думала... Катера?
- И не думайте. Мы все отработали уже раз пятьдесят. Просто
выполняйте процедуру раздачи.
- Ах ты хитрый сукин сын!
Взмах руки Трис удивительно напоминал армейский салют.
Цепочка осветительных ракет повисла над лагерем, как застывшая
молния, отбросив на все призрачный свет. Лагерь кипел, как разворошенный
муравейник. Мужчины и женщины беспорядочно метались и что-то кричали.
Майлз представлял себе совсем другую картину... И почему это, позвольте
узнать, его люди решили садиться ночью, а не днем? Он еще допросит
штабистов... после того, как поцелует им ноги.
- Беатрис! - окликнул Майлз, заметив в толчее рыжую голову. -
Передавай всем: выполнять процедуру раздачи! Но вместо плитки рациона
каждый получает место в катере. Объясни это всем, чтобы не разбегались,
иначе пропустят свой рейс. А потом возвращайся и оставайся со Сьюгаром. Я
не хочу, чтобы он потерялся или был затоптан. Стереги его, поняла?
- Я тебе не собака. Какие катера?
Наконец, сквозь шум до Майлза донеслись звуки, которые он уже давно
пытался уловить: пронзительное переливчатое завывание, становившееся все
громче и громче. Тяжелые аппараты вынырнули из клубящихся багровых облаков
- словно огромные жуки, гладкие и крылатые, прямо на глазах выпуская свои
лапы. Мощные, быстроходные боевые катера, два, три... семь, восемь...
Майлз считал, шевеля губами. Тринадцать... Четырнадцать, слава тебе,
Господи! Им все же удалось вовремя отремонтировать Б-7!
Майлз ткнул рукой вверх:
- Мои катера.
Беатрис застыла с открытым ртом.
- Боже! Какая красота! - Было видно, как бешено несутся у нее в
голове мысли. - Но это не наши. И не цетагандийцы. Кто, к черту...
Майлз поклонился:
- Проводится оплаченная межправительственная операция по спасению
военнопленных.
- Наемники?
- Мы не что-то извивающееся и многоногое, заползшее к тебе под
циновку. Правильный тон вот какой: "Наемники!!!" Радостный крик.
- Но... но... но...
- Иди, мать твою! Спорить будешь потом.
Беатрис всплеснула руками и побежала. А Майлз начал останавливать
всех, кто оказывался поблизости, и передавать им приказ. Поймав одного из
приятелей Оливера, он потребовал, чтобы тот поднял его себе на плечи, и
быстро оглядел лагерь. Вдоль периметра уже выстроились четырнадцать

1   
2   3   4   5   6   7   8   9   10   11   12   13   14   15   16   17   18   19   20   21   
22   23   24   25   26   27   28   29   30   31   32   33   34   35   36   37   38   39   40   41   
42   43   44   45   46   47   48   49   50   51   52   53   54   

Писатели учатся лишь тогда, когда они одновременно учат: они лучше всего овладевают знаниями, когда одновременно сообщают их другим.