Home Contact Sitemap

Стильная Литература

отличающаяся от всех...

Вдумайтесь в эти слова:

Истинно высокое произведение всегда - как греческая трагедия, как творения Мелвилла, Толстого или Мольера - приводит в равновесие реальность и бунт, и они, сообщая друг другу силу, прорываются к свету, как вечно бьющийся родник самой жизни, радостной и мучительной. Вот тогда-то и рождается порой совершенно новый мир, отличный от повседневного и все-таки тот же самый, особый и вместе с тем универсальный, чистый и незащищенный, вызванный к жизни на несколько часов силой и неудовлетворенностью гения.
// Камю А.

Расслабьтесь и наслаждайтесь чтением.

img

Титаническое поражение


му.
- Угу, я это уже понял. Но как здесь кого-то найти? Тут все так
неорганизованно.
- О, здесь есть... группы - и группы. Каждая из них старается
придерживаться своего участка.
- Он был в Четырнадцатом отряде коммандос. Где они?
- Прежних подразделений почти не осталось.
- Его зовут полковник Тремонт. Полковник Гай Тремонт.
- О, так он офицер! - Лоб Сьюгара обеспокоенно наморщился. - Это
осложняет дело. Вы-то ведь не были офицером, а? Если были, лучше не
говорите...
- Я был клерком, - напомнил Майлз.
- ...потому что есть группы, которые не любят офицеров. Клерком.
Тогда, наверное, ничего.
- А вы были офицером, Сьюгар? - с любопытством спросил Майлз.
Сьюгар нахмурился и закрутил прядь бороды.
- Армии Мэрилака больше нет. Если армии нет, то офицеров тоже быть не
может, так?
Майлз прикинул, не будет ли быстрее и проще, если он отойдет от
Сьюгара и попробует завязать разговор с кем-нибудь из первых встречных
пленных. "Группы и группы". Видимо, устоявшиеся компании, вроде тех пяти
крепких суровых братцев. Майлз решил еще какое-то время подержаться рядом
со Сьюгаром. По крайней мере, он не будет чувствовать себя таким голым,
если будет голый не один.
- А вы не могли бы отвести меня к кому-нибудь, кто был в
Четырнадцатом? - снова попросил он Сьюгара. - К кому-нибудь, кто знает,
как выглядит Тремонт.
- Вы с ним незнакомы?
- Мы никогда не встречались лично. Я его когда-то видел, но с тех
пор, боюсь, его внешность могла здорово измениться.
Сьюгар печально дотронулся до собственного лица:
- Угу, вероятно.
Майлз с трудом поднялся на ноги. Без одежды тут было довольно
прохладно, и он уже начал покрываться гусиной кожей. Любопытно, какой
предмет своего туалета он бы предпочел сохранить, если бы была такая
возможность, - брюки, чтобы прикрыть срам, или рубашку, чтобы спрятать
кривую спину? К черту! Некогда. Майлз протянул руку, чтобы помочь Сьюгару
встать.
- Пошли.
Сьюгар посмотрел на него, не трогаясь с места.
- Новичка сразу видно. Вы все еще спешите. А здесь отвыкаешь от
торопливости. Мозги замедляются...
- В вашем Писании по этому поводу что-нибудь сказано? - нетерпеливо
осведомился Майлз.
- ...поэтому они поднялись туда с великой ловкостью и быстротой, хотя
основание, на котором покоился город...
Между бровями Сьюгара залегли морщины, и он задумался.
Обреченно вздохнув, Майлз силой поднял пророка с земли.
- Ну, пошли.
Ни ловкости, ни быстроты, но по крайней мере движение. Шаркая ногами,
Сьюгар вел Майлза через лагерь, проходя сквозь какие-то группы, обходя
далеко стороно

1   
2   3   4   5   6   7   8   9   10   11   12   13   14   15   16   17   18   19   20   21   
22   23   24   25   26   27   28   29   30   31   32   33   34   35   36   37   38   39   40   41   
42   43   44   45   46   47   48   49   50   51   52   53   54   

Писатели учатся лишь тогда, когда они одновременно учат: они лучше всего овладевают знаниями, когда одновременно сообщают их другим.