Home Contact Sitemap

Стильная Литература

отличающаяся от всех...

Вдумайтесь в эти слова:

Истинно высокое произведение всегда - как греческая трагедия, как творения Мелвилла, Толстого или Мольера - приводит в равновесие реальность и бунт, и они, сообщая друг другу силу, прорываются к свету, как вечно бьющийся родник самой жизни, радостной и мучительной. Вот тогда-то и рождается порой совершенно новый мир, отличный от повседневного и все-таки тот же самый, особый и вместе с тем универсальный, чистый и незащищенный, вызванный к жизни на несколько часов силой и неудовлетворенностью гения.
// Камю А.

Расслабьтесь и наслаждайтесь чтением.

img

Титаническое поражение


л эту книгу и Марко.
Постепенно глаза Майлза привыкли к полумраку. Редкие, слабо
светящиеся плафоны отбрасывали пятна мертвящего желтого света.
Он представил себе срочный выпуск новостей на Барраяре: "Тело
имперского офицера найдено в подвале сказочного дворца Царя Плоти. Смерть
от истощения?" Черт подери, как это непохоже на картинное
самопожертвование во имя императора, пойти на которое он когда-то клялся!
Просто стыд и срам. Одна надежда, что бхарапутрское чудище съест улики.
С таким мрачным утешением Майлз спустился вниз и начал хромать от
колонны к колонне, то и дело останавливаясь, прислушиваясь, оглядываясь.
Может, где-нибудь окажется еще одна лестница? Может, там есть люк, который
забыли запереть? Может, еще осталась какая-нибудь лазейка?
Может, что-то движется во мраке вон за той колонной!
У Майлза захватило дух. Потом снова отпустило: движущийся предмет
оказался толстой крысой-альбиносом. При виде человека она отпрянула и
засеменила прочь, постукивая коготками о камни пола. Всего лишь сбежавшая
лабораторная крыса. Чертовски крупная - но все равно всего лишь крыса.
Гигантская тень с невероятной быстротой появилась из ниоткуда. Поймав
крысу за хвост, она ударила взвизгнувшего зверька о колонну и с хрустом
размозжила ему голову. Мелькнул толстый ноготь-коготь, располосовавший
белую шкуру от горла до хвоста; отчаянно спешащие пальцы, разбрызгивая
кровь, мгновенно ободрали тушку. Клыки Майлз заметил только тогда, когда
они вонзились в крысиное мясо, разрывая его на части. Это были настоящие
клыки, а не декоративное украшение, и росли они на выдвинутой вперед
челюсти с длинными губами и большим ртом, но впечатление создавалось не
обезьянье, а волчье. Плоский нос, мощные надбровные дуги, волосы - темные,
грязные и спутанные. И... да, полные восемь футов роста: высокое,
длиннокостное, мускулистое тело.
Карабкаться обратно на лестницу бесполезно: это чудовище моментально
схватит его и прихлопнет, как ту крысу. Взлететь вверх по колонне? Ах,
если бы на его руках и ногах были присоски! Как жаль, что барраярские
инженеры об этом не подумали... Замереть на месте и притвориться камнем?
Майлз невольно остановился именно на этом способе защиты: он оцепенел от
ужаса.
Ногти на здоровенных ступнях, босых на ледяном полу, тоже напоминали
когти. Но существо это не было голым, оно носило сшитую из зеленой
лабораторной ткани одежду - свободную куртку, перехваченную ремнем, и
широкие брюки. Однако самым поразительным было другое...
"Мне не говорили, что это женщина!"
Кошмарное создание почти закончило свою трапезу, когда подняло глаза
и увидело человека. С окровавленными руками, окровавленным лицо

1   
2   3   4   5   6   7   8   9   10   11   12   13   14   15   16   17   18   19   20   21   
22   23   24   25   26   27   28   29   30   31   32   33   34   35   36   37   38   39   40   41   
42   43   44   45   46   47   48   49   50   51   52   53   54   

Писатели учатся лишь тогда, когда они одновременно учат: они лучше всего овладевают знаниями, когда одновременно сообщают их другим.