Home Contact Sitemap

Стильная Литература

отличающаяся от всех...

Вдумайтесь в эти слова:

Истинно высокое произведение всегда - как греческая трагедия, как творения Мелвилла, Толстого или Мольера - приводит в равновесие реальность и бунт, и они, сообщая друг другу силу, прорываются к свету, как вечно бьющийся родник самой жизни, радостной и мучительной. Вот тогда-то и рождается порой совершенно новый мир, отличный от повседневного и все-таки тот же самый, особый и вместе с тем универсальный, чистый и незащищенный, вызванный к жизни на несколько часов силой и неудовлетворенностью гения.
// Камю А.

Расслабьтесь и наслаждайтесь чтением.

img

Титаническое поражение


единимся к флоту. До той поры ты
считаешься нашей гостьей.
В ее золотые глаза стали возвращаться искры.
- Значит... До той поры мы не нарушим никаких дендарийских правил,
если вы снова докажете мне, насколько я человек? Еще один раз?
Майлз почувствовал, как в нем поднимается неудержимая волна - смех,
бросающий вызов смерти. Должно быть, именно это чувство заставляло мужчин
карабкаться по отвесным скалам без антигравитационных поясов или прыгать
со старинных самолетов, когда от гибельного удара о землю спасает только
комок шелка...
- Не торопясь? - придушенным голосом спросил он. - На этот раз
сделаем все по правилам? Немного поговорим, выпьем вина, послушаем музыку?
А над головой не будет охраны Риоваля и ледяной скалы - у меня под...
Ее огромные глаза были золотыми и влажными:
- Ты ведь сказал, что любишь делать то, что у тебя лучше всего
получается.
Майлз раньше и не знал, как опьяняет его лесть высоких женщин.
Обязательно надо будет справиться с этой слабостью. Когда-нибудь
впоследствии...
Они отправились в его каюту и усердно занимались тем, что получалось
у Майлза лучше всего, пока не оказались на полпути к Эскобару.
3
- А что потом стало с девушкой-волчицей? - спросил Иллиан, нарушив
долгое, зачарованное молчание.
- У нее все хорошо. Недавно получила сержантские нашивки. Врачи
дендарийцев посадили ее на какие-то лекарства, немного замедлившие
метаболизм.
- Это продлит ей жизнь?
Майлз пожал плечами:
- Хотел бы я знать. Может быть. Мы надеемся.
- Так. - Иллиан уселся поудобнее. - Тогда остается Дагула. Могу
напомнить, что единственным твоим докладом был тот, чрезвычайно краткий,
который отправлен с Махата Солярис.
- Это же был только предварительный отчет. Я думал, что вернусь
гораздо раньше.
- Дело не в краткости. По крайней мере, граф Форволк задает не этот
вопрос. Расходы, Майлз. Выкладывай, а потом можешь поспать.
Майлз устало нахмурился.
- Задание выглядело совсем простым - почти таким же простым, как и
то, на Архипелаге Джексона. Ну а потом дела пошли плохо. Потом дела пошли
отвратительно...
- Тогда давай сначала.
- Начало. О, Господи. Значит, так...
ГРАНИЦЫ БЕСКОНЕЧНОСТИ
"Неужели меня угораздило умереть, попасть в преисподнюю и даже не
заметить этого?"
Огромный опалесцирующий купол силового поля ограничивал идеально
ровный круг диаметром в полкилометра. Майлз стоял у самого края, там, где
светящаяся вогнутая поверхность ныряла в утоптанную землю и исчезала.
Воображение невольно следовало вглубь, стремясь завершить эту гигантск

1   
2   3   4   5   6   7   8   9   10   11   12   13   14   15   16   17   18   19   20   21   
22   23   24   25   26   27   28   29   30   31   32   33   34   35   36   37   38   39   40   41   
42   43   44   45   46   47   48   49   50   51   52   53   54   

Писатели учатся лишь тогда, когда они одновременно учат: они лучше всего овладевают знаниями, когда одновременно сообщают их другим.