Home Contact Sitemap

Стильная Литература

отличающаяся от всех...

Вдумайтесь в эти слова:

Истинно высокое произведение всегда - как греческая трагедия, как творения Мелвилла, Толстого или Мольера - приводит в равновесие реальность и бунт, и они, сообщая друг другу силу, прорываются к свету, как вечно бьющийся родник самой жизни, радостной и мучительной. Вот тогда-то и рождается порой совершенно новый мир, отличный от повседневного и все-таки тот же самый, особый и вместе с тем универсальный, чистый и незащищенный, вызванный к жизни на несколько часов силой и неудовлетворенностью гения.
// Камю А.

Расслабьтесь и наслаждайтесь чтением.

img

Титаническое поражение


жди разрешения на взлет, потому что ты его не получишь. Пусть Нот
свяжет меня с "Ариэлем".
- Будет сделано, сэр, - отозвался жизнерадостный голосок Андерсен.
Шум помех, еще несколько секунд мучительного ожидания. Потом
возбужденный голос:
- Марко на связи. Я вчера думал, что вы выберетесь следом за нами. У
вас все в порядке, сэр?
- Местами. "Медтех Воэн" на борту?
- Да, сэр.
- Прекрасно. Не выпускайте его. Скажите, что я везу ему образец
ткани.
- Правда?! Как это вам...
- Не сейчас. Вызовите всех на корабль и уходите на свободную орбиту.
Рассчитывайте на то, что катер придется подобрать на лету. Передайте
навигатору, чтобы он сразу же после стыковки с максимальным ускорением
направил корабль к п-в-туннелю на Эскобар. Не ждите разрешения.
- Но мы все еще грузимся...
- Бросьте все, что не успели взять на борт.
- Мы серьезно влипли, сэр?
- По самые уши, Марко.
- Слушаюсь, сэр. - И Марко отключился.
- А ведь мы собирались вести себя на Джексоне тихо, как мышки, -
пожаловался Бел. - Не повредит ли нам столь драматический уход?
- Ситуация изменилась, и терять уже нечего. После того, что мы
натворили, никакие переговоры с Риовалем невозможны. Я там кое-что сделал
- в защиту истины и справедливости. Барона кондрашка хватит. И вообще, вы
что, хотите услышать, как я стану рассказывать Феллу о "бетанском методе
омоложения"?
- О! - со вспыхнувшими глазами Бел сосредоточился на управлении
полетом. - Никаких денег не пожалел бы за такое представление!
- Ха! Нет. В самый последний момент у нас в руках оказались все
козыри. По крайней мере, потенциально. - Майлз начал рассматривать данные
на панели управления грузовика. - Мы бы никогда больше не собрали всех
вместе, никогда. Пока возможно, надо маневрировать, но счастливый момент
требует действий. Если его упустить, боги отступятся от нас навечно. И
наоборот... Кстати о действиях: вы видели, как Таура обезвредила семерых?
- Майлз довольно хмыкнул. - Какова она будет после обучения?
Бел тревожно взглянуло через плечо туда, где стояло кресло Николь и
где рядом с телом бесчувственного дендарийца скрючилась в три погибели
огромная Таура.
- У меня не было времени считать.
Майлз снова встал и пробрался назад проведать своих бесценных
пассажиров.
- Николь, вы были великолепны, - заявил он музыкантке. - Вы бились,
как орлица. Мне, наверное, придется сделать вам скидку с того доллара.
Николь еще не успела отдышаться, щеки ее пылали. Верхней рукой она
отвела черную прядь со лба.
- Сперва я боялась, что они разобьют мой инструмент. - Нижней рукой
она погладила футляр, который прист

1   
2   3   4   5   6   7   8   9   10   11   12   13   14   15   16   17   18   19   20   21   
22   23   24   25   26   27   28   29   30   31   32   33   34   35   36   37   38   39   40   41   
42   43   44   45   46   47   48   49   50   51   52   53   54   

Писатели учатся лишь тогда, когда они одновременно учат: они лучше всего овладевают знаниями, когда одновременно сообщают их другим.