Home Contact Sitemap

Стильная Литература

отличающаяся от всех...

Вдумайтесь в эти слова:

Истинно высокое произведение всегда - как греческая трагедия, как творения Мелвилла, Толстого или Мольера - приводит в равновесие реальность и бунт, и они, сообщая друг другу силу, прорываются к свету, как вечно бьющийся родник самой жизни, радостной и мучительной. Вот тогда-то и рождается порой совершенно новый мир, отличный от повседневного и все-таки тот же самый, особый и вместе с тем универсальный, чистый и незащищенный, вызванный к жизни на несколько часов силой и неудовлетворенностью гения.
// Камю А.

Расслабьтесь и наслаждайтесь чтением.

img

Тайна третьей планеты


и сделали, милорд. Цепи выдержали, но она вырвала болты из
стены.
- Парализуйте ее.
- Уже сделано.
- И как следует накажите, когда очнется. Думаю, голодовка умерит ее
агрессивность. Для существа с таким аппетитом это самое верное средство.
- А как насчет покупателя?
- Предоставьте ему любые удобства, каких он только потребует. За счет
фирмы.
- Боюсь, что он очень нескоро сможет оценить их, милорд. Сейчас он в
больнице. Все еще без сознания.
- Приставьте к нему моего личного врача. Остальным я займусь, когда
вернусь, примерно через шесть часов. - И барон Риоваль щелчком отключил
связь. - Идиоты, - проворчал он, потом сделал сдержанный, медитативный
вдох и, словно программу из компьютерной памяти, вызвал обратно свои
светские манеры. - Пожалуйста, извини, что нас прервали, Джориш.
Фелл снисходительно махнул ладонью - дескать, все понятно, дела.
- Так вот я говорю - не попросишь ли ты ее что-нибудь сыграть? -
Риоваль кивнул в сторону квадди.
Старый барон заложил руки за спину и сверкнул зубами в благодушной
улыбке.
- Сыграй нам, Николь.
Женщина робко кивнула, устроилась за инструментом и закрыла глаза.
Тревога на ее лице, постепенно уступила место внутреннему покою, и
музыкантка начала тихую сладкозвучную мелодию, которая постепенно крепла,
разрасталась и ускорялась.
- Достаточно! - вскинул руку Риоваль. - Она совершенно такая, как ее
описывали.
Николь остановилась на середине аккорда и медленно, глубоко
вздохнула; ноздри ее затрепетали от обиды. Ее явно удручала невозможность
довести пьесу до конца, ее артистическое достоинство было оскорблено.
Резкими, порывистыми движениями она положила молоточки в гнезда по бокам
цимбал и скрестила верхнюю и нижнюю пару рук. У Торна дернулся уголок рта,
и он тоже скрестил руки на груди, невольно скопировав движение квадди.
Майлз насторожился.
- Мой агент говорил правду, - повторил Риоваль.
- Тогда, возможно, твой агент передал тебе и мои сожаления, - сухо
заметил Фелл.
- Конечно. Но он не был уполномочен предлагать сумму, превышающую
некую цифру. Для такого исключительного случая необходим личный контакт.
- Дело в том, что я получаю от нее удовольствие здесь, где она есть,
- сказал Фелл. - А в моем возрасте удовольствие получить гораздо труднее,
чем деньги.
- Совершенно верно. Но одно можно заменить другим. Я мог бы
предложить тебе нечто совершенно особенное, такое, чего нет в каталогах.
- Ничто не заменит мне удовольствие от ее музыки, Риоваль. От музыки,
которая не просто прекрасна, а уникальна. Она естественна, не запятнана
никаким искусственным вмешательством. И не может быть воспроизведена

1   
2   3   4   5   6   7   8   9   10   11   12   13   14   15   16   17   18   19   20   21   
22   23   24   25   26   27   28   29   30   31   32   33   34   35   36   37   38   39   40   41   
42   43   44   45   46   47   48   49   50   51   52   53   54   

Писатели учатся лишь тогда, когда они одновременно учат: они лучше всего овладевают знаниями, когда одновременно сообщают их другим.