Home Contact Sitemap

Стильная Литература

отличающаяся от всех...

Вдумайтесь в эти слова:

Истинно высокое произведение всегда - как греческая трагедия, как творения Мелвилла, Толстого или Мольера - приводит в равновесие реальность и бунт, и они, сообщая друг другу силу, прорываются к свету, как вечно бьющийся родник самой жизни, радостной и мучительной. Вот тогда-то и рождается порой совершенно новый мир, отличный от повседневного и все-таки тот же самый, особый и вместе с тем универсальный, чистый и незащищенный, вызванный к жизни на несколько часов силой и неудовлетворенностью гения.
// Камю А.

Расслабьтесь и наслаждайтесь чтением.

img

Тайна третьей планеты


случилось что-то
нехорошее. В синей темноте чердака мерцали оранжевые отсветы. Тихо,
стараясь не разбудить своих спутников, молодой человек поднялся и
посмотрел вниз, в комнату. Свет шел из переднего окна.
Майлз босиком слез вниз и выглянул из дверей.
- Пим! - тихо позвал он.
Сержант проснулся мгновенно.
- Милорд?
- Тихо спускайся. Захвати парализатор.
Уже через секунду Пим стоял рядом с Майлзом: он спал, не снимая брюк,
положив кобуру с парализатором и ботинки у изголовья.
- Что за черт?.. - пробормотал он, тоже выглядывая на улицу.
Свет испускал брошенный на крышу их палатки смолистый факел. Пим
кинулся было к двери, но остановился. Палатка была армейская, из
несгораемом ткани, и спавшим внутри детям ничто не грозило. Но знал ли об
этом тот, кто бросил факел? Что это - какой-то магический обряд или на
редкость неумелое нападение? Будь палатка обычной, брезентовой... Майлз
вздрогнул, представив распускающееся смертоносным цветком пламя.
Пим выхватил из кобуры парализатор:
- Давно это?
- Трудно сказать. Могло гореть минут десять, прежде чем я проснулся.
Сержант вздохнул, покачал головой и с оружием наизготовку шагнул с
крыльца в позолоченную огнем темноту.
- Неприятности, милорд? - прозвучал встревоженный голос Кейрела, и он
появился в дверях спальни.
- Возможно. - Майлз остановил старосту. - Пускай сначала Пим все
осмотрит и даст сигнал, что поблизости все чисто. Вашим мальчикам
безопаснее побыть внутри палатки.
Кейрел выглянул в окно, охнул и разразился проклятиями.
Через несколько минут вернулся сержант.
- На километр вокруг - никого, - коротко доложил он. Староста
притащил ведро воды и плеснул на факел. Тот зашипел и погас.
- Наверное, мне не следовало предлагать им свою палатку, - сдавленным
голосом проговорил Майлз. - Я глубоко сожалею, староста Кейрел. Я не
подумал.
- Этого не должно... - Кейрел трясся от гнева и запоздалого испуга, -
этого не должно было произойти, милорд. Я... я прошу у вас прощения за
Лесную Долину.
Он беспомощно повернулся, вглядываясь в темноту. Даже усыпанное
звездами ночное небо теперь казалось угрожающим.
Мальчишки проснулись и, узнав новость, хором заявили, что все просто
великолепно. Они хотели вернуться в палатку и устроить засаду в ожидании
следующего убийцы, но матушка Кейрел уволокла их в дом и уложила в
гостиной. Понадобился целый час, чтобы они перестали жаловаться на
несправедливость и снова заснули.
Но Майлз, взвинтившийся чуть ли не до истерики, заснуть не мог. Он
неподвижно лежал на своем матрасе и прислушивался к похрапыванию Ди и
мерному дыханию сержанта,

1   
2   3   4   5   6   7   8   9   10   11   12   13   14   15   16   17   18   19   20   21   
22   23   24   25   26   27   28   29   30   31   32   33   34   35   36   37   38   39   40   41   
42   43   44   45   46   47   48   49   50   51   52   53   54   

Писатели учатся лишь тогда, когда они одновременно учат: они лучше всего овладевают знаниями, когда одновременно сообщают их другим.