Home Contact Sitemap

Стильная Литература

отличающаяся от всех...

Вдумайтесь в эти слова:

Истинно высокое произведение всегда - как греческая трагедия, как творения Мелвилла, Толстого или Мольера - приводит в равновесие реальность и бунт, и они, сообщая друг другу силу, прорываются к свету, как вечно бьющийся родник самой жизни, радостной и мучительной. Вот тогда-то и рождается порой совершенно новый мир, отличный от повседневного и все-таки тот же самый, особый и вместе с тем универсальный, чистый и незащищенный, вызванный к жизни на несколько часов силой и неудовлетворенностью гения.
// Камю А.

Расслабьтесь и наслаждайтесь чтением.

img

Тайна третьей планеты


(прошло примерно
столько времени, сколько нужно, чтобы проверить кредитную карточку), перед
ними предстал сверхвежливый лакей в зеленом форменном шелке и вложил в
руку адмирала Нейсмита кубический жетон - приглашение на прием в личных
апартаментах барона.
Через четыре часа, стоя перед шлюзом, ведущим в жилую часть станции,
Майлз отдал свой кубик-пропуск мажордому барона Фелла и в последний раз
проверил, как они с Торном выглядят. Парадная форма дендарийцев -
бархатная, серая с белым - вдруг показалась ему излишне вычурной. Ну, не
он ее придумал - форма досталась Майлзу по наследству. Будем терпеть.
Майлз с интересом разглядывал шлюз, пока мажордом проверял, нет ли
при них оружия. Похоже было, что все системы жизнеобеспечения жилого
отсека автономны и никак не связаны с остальной станцией. Эту часть
станции не только можно было заблокировать, она могла отделиться.
Практически получался не отсек, а корабль: Майлз готов был поспорить, что
где-то тут есть и двигатели, и вооружение, хотя идти искать их без
сопровождения было бы самоубийством. Мажордом впустил гостей, проговорив в
свой радиобраслет:
- Адмирал Майлз Нейсмит, командующий Свободным флотом дендарийских
наемников, капитан Бел Торн, командир скоростного крейсера "Ариэль"
Свободного флота дендарийских наемников.
Интересно, кто принимает его сообщения?
Большой зал приемов был обставлен с изысканным вкусом. Переливающиеся
всеми цветами радуги плавающие лестницы и платформы создавали укромные
уголки, не нарушая иллюзии открытого пространства. У каждого выхода (Майлз
насчитал их шесть) стояли рослые охранники в зеленом одеянии, изображая
прислугу - впрочем, с очень малым успехом. Почти всю стену занимал
огромный иллюминатор, выходивший на оживленный порт станции Фелл и яркий
край планеты, пересекавший усеянную звездами черноту космоса. Множество
элегантных красавиц в зеленых шелковых сари скользили между гостями,
предлагая закуски и напитки.
"Серый бархат, - решил Майлз, посмотрев на остальных гостей, - это
скромнейший наряд". Они с Белом просто неотличимы от стен. Немногие
покупатели, осчастливленные приглашением к барону, поражали взгляд
немыслимым разнообразием одежд. Гости держались тесными группами, отнюдь
не стремясь перезнакомиться между собой. Оказалось, что партизаны не
желают якшаться с наемниками, а контрабандисты - с революционерами. А
Гностические Святые, естественно, беседуют только с Единым Истинным
Божеством - и, может быть, еще с бароном Феллом.
- Вот это прием, - заметил Бел. - Помню одну выставку комнатных
животных: так вот, там была такая же атмосфера. А гвоздем программы стал
инцидент, когда чья-то бород

1   
2   3   4   5   6   7   8   9   10   11   12   13   14   15   16   17   18   19   20   21   
22   23   24   25   26   27   28   29   30   31   32   33   34   35   36   37   38   39   40   41   
42   43   44   45   46   47   48   49   50   51   52   53   54   

Писатели учатся лишь тогда, когда они одновременно учат: они лучше всего овладевают знаниями, когда одновременно сообщают их другим.