Home Contact Sitemap

Стильная Литература

отличающаяся от всех...

Вдумайтесь в эти слова:

Истинно высокое произведение всегда - как греческая трагедия, как творения Мелвилла, Толстого или Мольера - приводит в равновесие реальность и бунт, и они, сообщая друг другу силу, прорываются к свету, как вечно бьющийся родник самой жизни, радостной и мучительной. Вот тогда-то и рождается порой совершенно новый мир, отличный от повседневного и все-таки тот же самый, особый и вместе с тем универсальный, чистый и незащищенный, вызванный к жизни на несколько часов силой и неудовлетворенностью гения.
// Камю А.

Расслабьтесь и наслаждайтесь чтением.

img

Тайна третьей планеты


>груди, - я хотел бы знать, кто из вас, юных идиотов, бросил этой ночью мне
на палатку факел?
Младший из двух побледнел. Тот, что постарше, успел издать
возмущенный возглас, но, заметив лицо брата, замолк на полуслове.
- Ты?! - в ужасе прошипел он.
- Не бросал я, - заныл младший. - Никто не бросал!
Майлз поднял брови. Наступило короткое напряженное молчание.
- Ну, пусть тогда этот никто извиняется перед старостой и матушкой
Кейрел, - проговорил Майлз, - поскольку это их сыновья спали в палатке. Я
с моими людьми ночевал на чердаке.
Мальчишка в ужасе открыл рот. Самый младший из сыновей Кейрела
раздулся от гордости и важно прошептал:
- Ты, Доно! Идиотина, ты что, не знал, что палатка не загорится? Это
же настоящая армейская!
Майлз заложил руки за спину и пронзил Журиков ледяным взглядом:
- Это было покушение на жизнь наследника вашего графа, что по закону
считается таким же преступлением, как покушение на самого графа, и
карается смертной казнью. Или, может, Доно об этом не подумал?
Тут никакого суперпентотала не требовалось: парень совершенно не умел
врать. Матушка Журик, не отпуская Лэма, схватила теперь за руку и Доно. В
эту минуту она походила на курицу, застигнутую грозой и старающуюся
спрятать под крыльями весь свой многочисленный выводок.
- Я не пытался вас убить, лорд! - в смятении воскликнул Доно.
- А что же ты тогда пытался сделать?
- Вы же ловили моего брата Лэма. Я хотел заставить вас уехать. Хотел
спугнуть вас. Я не думал, что кто-то взаправду пострадает... Ведь это же
была только палатка!
- Насколько я понял, ты еще никогда не видел пожара. А вы видели,
матушка Журик?
Мать Лэма растерянно кивнула, явно разрываясь между стремлением
защитить сына и желанием отлупить его.
- Ну так вот, если бы не случайность, ты мог бы убить или ужасно
покалечить трех своих друзей. Пожалуйста, поразмысли над этим. Ввиду
твоего малолетства и... э-э... явной умственной отсталости, я не буду
выдвигать обвинения в предательстве своего сюзерена. Вместо этого староста
Кейрел и твои родители будут в дальнейшем отвечать за твое хорошее
поведение и решат, как тебя следует наказать.
Матушка Журик растаяла от облегчения и благодарности, а у Доно вид
был такой унылый, словно он предпочел бы расстрел. Брат ткнул его в бок и
прошептал:
- Умственно отсталый!
Тут матушка Журик отвела душу, закатив дразнилке звонкую оплеуху.
- А как насчет лошади, милорд? - напомнил Пим.
- В том деле я их не подозреваю, - медленно ответил Майлз. - Попытка
поджечь палатку - просто ребячья глупость. А это - совсем другое...
Зед, которому разрешили воспользоваться лошадью Пима,

1   
2   3   4   5   6   7   8   9   10   11   12   13   14   15   16   17   18   19   20   21   
22   23   24   25   26   27   28   29   30   31   32   33   34   35   36   37   38   39   40   41   
42   43   44   45   46   47   48   49   50   51   52   53   54   

Писатели учатся лишь тогда, когда они одновременно учат: они лучше всего овладевают знаниями, когда одновременно сообщают их другим.